Новости сайта

Новости сайта

Когда он ушел, работавшие в моем отделе девушки прыснули со смеху: На ходу кинул взгляд на первые строчки, и уже этот первый абзац так зацепил меня, что оторваться стало физически невозможно. Я единым духом прочитал всю статью — да так в нашем журнале еще не писал никто и никогда! В уме всплыл странный телефонный разговор недельной давности с автором. Мне потребовалось найти философа или историка, который мог бы толково написать о героях — о том, как из века в век складывались и менялись представления людей об их месте в жизни общества. Там, в частности, утверждалось, что после убийства братьев Кеннеди и Мартина Лютера Кинга американцы остерегались героизировать своих лидеров из опасения накликать очередную трагедию. В результате ряды подлинных героев в США неуклонно редеют.

Григорий Померанц: Душа, которая сбылась

Григорий Померанц Записки гадкого утенка Глава 1 В поисках потерянного стиля В старые годы не было телефона, телевизора, даже керосиновой лампы, но был стиль. Потом появилось много необходимых вещей, а стиль пропал. Последним был французский классицизм: После его распада романтики потребовали от каждого неповторимой личной гениальности. Но где ее взять? Флобер тратил целый день, чтобы продраться сквозь нее и написать одну страницу просто и выразительно.

Предисловие. У истоков мифа и обряда (религии примитивных племен). Все во всем. Страх и песня. Страна сновидений и доверие Луне. Предмет и.

Мне хотелось в него всмотреться. Бывший школьный учитель, спокойный, мягкий, Сидоров разговаривал с солдатами, как с учениками. Лихости в нем не было никакой. Но соседи бежали, а его рота остановила противника. Сидоров тогда охрип и теперь говорил вполголоса. Это еще больше подчеркивало его мягкую манеру держаться. В м лейтенант Сидоров получил приказ взорвать мост. Он выполнил это, не торопясь, пропустив всех своих, и попал в окружение.

Вышел без каких-то символов военной чести. Допустим, в гражданской одежде. За это его не повышали в должности и в звании. Только комбат, после встречного боя, выразил Сидорову свое уважение: Стрелковая рота по уровню опасности мало отличается от штрафной.

Раньше мировые религии выполняли эту задачу, связывая людей общими символами вечности, воплощавшими единство и солидарность людей в рамках великих цивилизаций. Сегодня эти религии несут на себе отпечаток обособленности прежних цивилизаций друг от друга. Поэтому перед нами стоит проблема такой интерпретации великих традиций, чтобы они воспринимались как различные ипостаси Единого. Ведь вся история развития человечества проходит именно такой путь: Ныне мы находимся в самом начале третьего этапа.

В упомянутой статье об иронии у Томаса Манна Померанца среди прочего заинтересовала Померанц эти страхи не разделял.

В полемике х годов я упорно, в мучительной борьбе с собой, смахивал с губ эту пену и сформулировал второй догмат: Мы все за добро, но все по-разному его понимаем. Вспоминай свою тоску, которая выталкивает тебя из греха или из жизни, если иначе не выходит. Это тоска по Богу. И она приведет тебя к Богу, если будет достаточно сильной.

Каждый из нас — Раскольников. У каждого из нас есть свой тайный грех. И каждому из нас открыта бездна Бога. Но мы ее боимся. Мы не готовы вступить в нее.

ЧЕРЕЗ СТРАХ. КРЫЛО ПЕРВОЕ

Открытость бездне Достоевского. Григорий Померанц и Зинаида Миркина Цикл из четырех фильмов, где Григорий Померанц, как эссеист, что всю жизнь занимался Достоевским, представляет свои размышления о Федоре Михайловиче, соотносит их со своими автобиографическими и философскими размышлениями. Он вместе с Зинаидой Миркиной размышляет о смысле одиночества и страдания, о том, возможна ли чистая совесть, и о судьбах современной цивилизации. Режиссер цикла - известный документалист Ирина Васильева известна работами о Вячеславе Пьецухе, Алексее Лосеве, Анатолии Приставкине, она автор программ цикла"Больше, чем любовь", цикла"Беседы с мудрецами - говорит о том, что сегодня все это оказалось очень актуальным и характеризует содержание нового цикла как"Проекция Достоевского на нашу реальность".

Философ, культуролог ГРИГОРИЙ ПОМЕРАНЦ: Григорий Соломонович Померанц на отпевании Г.П.Чистякова . О, какие страхи душе предстоят.

Написал в Октябрь 5, 0 Комментариев просмотров Только очень давно, в доисторических, бесписьменных обществах не было кризисов. Трудности и катастрофы приходят извне, люди эти трудности сами не создавали, и потому не было необходимости ломать устои жизни, перестраиваться. Перемены все ж происходили, по крайней мере, у некоторых племен, — но так медленно, что их не замечали и принимали сегодняшнее за вечное и неизменное.

Очень не скоро этот золотой век кончился, и начались кризисы. Однако острые, заметные кризисы только случались; они не были чем-то постоянным. Кризис заканчивался либо крахом, распадом общества, либо новым устойчивым порядком. Так история Египта делилась на Древнее, Среднее и Новое царства. Так Римская республика уступила место империи.

Померанц Г.С.. Книги онлайн

Натолкнувшись на все это и будучи девственно невежественным в философии потому что философию я знал только Маркса—Энгельса и Ленина, а они этими вопросами никогда не занимались , увидел, что не только я, мальчиком в 16 лет, а такие великие люди стояли в тупике перед этой задачей, и надо попытаться пойти навстречу своему страху, досмотреть до конца — может быть, что-нибудь высмотрю. И я придумал себе такое краткое заклинание: Анализу она не поддавалась.

Я не знал слова медитация и прочих слов, но фактически я три месяца занимался медитацией над этой загадкой, которая представляет собой чистейшей воды дзэнский вопрос.

Григорий Померанц, Зинаида Миркина Этот опыт просыпался, когда я искал спасения от страха или созерцал стихийные иконы в лучах заходящего.

Григорий Померанц"Опасности и страхи". Тогда опасность собирает, подтягивает, даже радует. Я испытал это на войне. И сегодня я совершенно ясно сознаю опасности, которые подстерегают старость, но ничуть не меньше радуюсь каждому утру. Я сознаю опасность краха цивилизации, если не замедлится поток перемен.

Иногда я думаю, что этот крах неизбежен, но я не испытываю страха. Что-то уцелеет,что-то вечное неуязвимо, вечный свет не угаснет и озарит не нас, так других. Со временем могут разбежаться, рассыпаться и туманности, эти кучи звезд, открытые телескопом, и творческая воля вызовет из неведомого нам Целого новые всплески материи, и снова возникнет жизнь и мысль, и снова будет пережит вызов двойственности и дробности, и снова тварь познает Творца и прикоснется к Нему.

«Сбывшаяся душа». Григорий Померанц

Индийцы в Кении, китайцы в Малайзии, евреи в России и Германии: Он выводит из психологии эмигранта, беспочвенного человека, многие интересные явления и на Западе; например, США — страна эмигрантов, порвавших со старым порядком и рассчитывающих только на себя, на свои собственные руки и ум. Чужаки приспосабливаются к новому окружению, не подчиняясь ему, а развивая способности, которых на новой родине не хватает, дополняя сложившееся разделение труда.

Частный Корреспондент: Григорий Померанц: «Что значит — дела хочешь Надо сказать, потом меня всю ночь трясло от страха.

Я прочел его, том за томом, на третьем курсе и сразу, на всю жизнь, был захвачен. Достоевский объяснял мне меня самого — и я в себе заново постигал его и и пытался пройти сквозь них по-своему и, по-своему сводя концы с концами, как-то понимал Достоевского. Идея, которая ушибла меня, была идеей бесконечности. Всякое число, деленное на бесконечность, есть нуль.

От этой простой математической операции почва обрушивалась у меня под ногами и я летел в бездну. Природа знать не знает о былом, Ей чужды наши призрачные годы

Укрощение принципов

Сохранить публикацию Одну из его статей, отпечатанную под копирку на папиросной бумаге, как это делалось тогда в Самиздате, мне удалось прочитать еще в Москве. Следить же всерьез за его творчеством стало возможным лишь после эмиграции в Америку в году. Вот первая фраза, поясняющая смысл заглавия:

Григо рий Соломо нович Помера нц (13 марта года, Вильна — 16 февраля года, .. И вот теперь навалился страх. Показалось, что сейчас.

Нет Одну из его статей, отпечатанную под копирку на папиросной бумаге, как это делалось тогда в Самиздате, мне удалось прочитать еще в Москве. Следить же всерьез за его творчеством стало возможным лишь после эмиграции в Америку в году. Вот первая фраза, поясняющая смысл заглавия: Удалось, не кривя душой, писать только то, что хотел.

Ему, понятно, всюду отказывали, но к отказам он относился философски: А потом оказалось, что неудачи — что-то вроде вод Стикса, в которые Фетида окунула своего сына. Его нисколько не оскорбляло презрительно-тупое высокомерие советских чиновников. Он, например, с юмором описывает, как один раз решил достать путевку в Коктебель, в дом творчества писателей, на том основании, что жена его числилась в группкоме литераторов.

Вот только при подаче заявления выяснилось, что он забыл принести бумажку о состоянии здоровья. В России его начали печатать только в эпоху Перестройки, когда автору перевалило за 70! Заметим к слову, что, помимо философии, его труды затрагивают многие другие гуманитарные науки:

Записки гадкого утенка (Померанц Григорий)

Читая Померанца Из книг, лекций и статей Григория Соломоновича Померанца выписывать мудрые мысли легко и приятно как бы сопереживаешь и становишься вровень ; но их так много, что устает рука и стремительно пустеет голова, не в силах вместить вроде бы простые, но уж какие-то бездонные, как колодцы с гладкими стенками, за которые нельзя уцепиться, мысли. Тысячи людей читали его книги, но еще больше тех, кто его книг не читал.

Но книги и тексты остались; они будут собраны, прокомментированы и заново опубликованы. Все больше людей будут читать и понимать его, слыша его голос и чувствуя его внутренний ритм.

На вопрос о том, как примирить страх Божий с христианским*-пониманием Бога, Бубер отвечает:"Тот, кто начинает с любви, не испытав сначала.

Я прочел его, том за томом, на третьем курсе и сразу, на всю жизнь, был захвачен. Достоевский объяснял мне меня самого — и я в себе заново постигал его и и пытался пройти сквозь них по-своему и, по-своему сводя концы с концами, как-то понимал Достоевского. Идея, которая ушибла меня, была идеей бесконечности. Всякое число, деленное на бесконечность, есть нуль. От этой простой математической операции почва обрушивалась у меня под ногами и я летел в бездну. Природа знать не знает о былом, Ей чужды наши призрачные годы Но в году я знал только, что у Маркса и Ленина ничего о моей проблеме нет.

Следовательно, проблема человечеством не решена, и надо решать ее самому. Я сосредоточился и месяца три созерцал один самодельный парадокс: Шли лекции, а я сидел и ворочал в сознании свой коан интеллектуальному анализу он не поддавался. Можно было только глубже и глубже вглядываться. Шли комсомольские собрания с тогдашними делами о притуплении и потере политической бдительности; я думал о своем.

В конце концов дома, придя с занятий, я как-то увидел, как абажур распредметился, исчез если воистину все единичное — нуль, то и абажур нуль , а вскоре пришли и два решения проблемы, на которых я не останавливаюсь главным было психическое состояние, преодоление страха бездны. Слова могли прийти в голову другие, реальным было чувство.

Открытость бездне. Встречи с Достоевским

Металла голос погребальный Порой оплакивает нас! У Тютчева встретились обе бездны: Безрассудная пропасть русской души, пережившей опричнину, и рассудочная пропасть Нового времени, познавшего бесконечность ньютоновской вселенной, как Аввакум — тьму внешнюю.

Григорий Померанц: Мне кажется, что и коллектив, не имеющей за себя никакого страха, не может найти никакого другого пути.

Этот текст мы получили 14 февраля, а Померанц умер 16, на 95 году жизни. Он - талантливый философ-идеалист и культуролог, сторонник внеконфессиональной мистики всеединства. Спасибо Азарию Мессереру и Ларисе Миллер. Когда он ушел, девушки, работавшие в моем отделе, прыснули со смеху: Я пошел в свой маленький кабинет и на ходу взглянул на первые строки его статьи, думая, что прочту ее потом — в тот день я был занят выпуском очередного номера. Но первый же абзац меня задел так, что оторваться от текста стало невозможно, и я одним духом прочитал всю статью.

Да, так в нашем журнале еще никто не писал, - подумал я и вспомнил странный разговор с этим автором по телефону неделю назад. Мне нужно было найти философа или историка, который мог бы написать о героях, то есть о том, как формировалось и веками менялось представление людей о них. Мой отдел специализировался на переводах очерков из популярных иностранных журналов, и в воскресном приложении к Нью-ЙоркТаймс меня заинтересовала статья об американских героях.

Там, в частности, утверждалось, что после убийства двух Кеннеди и Мартина Лютера Кинга американцы стали бояться возвеличивать своих деятелей, опасаясь очередной трагедии, и в результате подлинных героев в США становилось все меньше и меньше. Я стал искать такого специалиста, советуясь с коллегами и знакомыми, и вот одна наша журналистка вспомнила, что оригинальные идеи о героизме высказывал некто Померанц, выступавший с лекцией в какой-то библиотеке.

В тот же день я позвонил Григорию Соломоновичу Померанцу, узнав его телефон в справочной книге, благо Померанцев там значилось не много.

Гордон - Диалоги: Нищие духом


Comments are closed.

Жизнь без страха не просто возможна, а полностью реальна! Узнай как полностью избавиться от страха, нажми тут!